В далёкие времена правления калифа Гаруна случилось так, что Абдулла Ибн-Фадид, эмир Ба́сры, не послал правителю дань, как это было положено. Поскольку эмир был его родственником, Гарун сам отправился в Басру узнать, что к чему.

Абдулла встретил его извинениями и сообщил, что дань уже готова к отправке, и, как того требуют законы гостеприимства, устроил для Гаруна Эль-Рашида со свитой пир, который закончился далеко за полночь. Настало время ложиться спать, и эмир предложил знатному гостю постель рядом со своей. Как это часто с ним случалось, Гарун долго не мог заснуть, однако притворился спящим и вскоре услышал, как Абдулла встал и крадучись вышел из покоев. Поведение родственника удивило калифа, и он решил выяснить, в чём дело. Встав с постели, он на цыпочках направился за ним следом. Они прошли по длинным коридорам и попали в просторный зал, устланный дорогими коврами, посередине которого стоял диван из слоновой кости, а рядом на золотых цепях сидели две большие собаки.

Едва завидев Абдуллу, псы радостно заскулили, однако эмир схватил кнут и стал их бить так яростно, что без чувств они повалились на пол. Будто одумавшись, принялся он тогда их гладить, дал еду и питьё, не переставая при этом молиться. Наконец, взяв свечи, с которыми пришёл, эмир покинул зал.

И хотя поведение Абдуллы показалось Рашиду странным, на следующий день он ни словом не обмолвился о том, что произошло ночью. Однако то же самое повторилось и на вторую, и на третью ночь, так что калиф уже не мог сдержать любопытства и утром, после молитв и завтрака, поинтересовался:

— Эмир Абдулла, меня снедает любопытство. Скажи, почему ты сначала бьёшь своих псов до полусмерти, а затем выказываешь им такое уважение, словно они твои родственники?

Абдулла, даже не спросив, откуда калифу это известно, ответил:

— А это вовсе не собаки, а человеческие существа, подобия Божьи. Чтобы удовлетворить твоё любопытство, я расскажу свою историю, но сначала приведу их сюда.

Гарун Эль-Рашид с радостью согласился. Эмир привёл двух псов и не мешкая приступил к рассказу:

— Я младший из трёх сыновей богатого купца Фадиля. Старшего брата зовут Мансур, а среднего — Насир. Наше детство было счастливым, но не успели мы вырасти, как отец заболел и умер, оставив нам огромное наследство: деньги, товары, великолепный дом и налаженную торговлю. После похорон мы с братьями отпустили его рабов, прочитали Коран и как они думают поступить с отцовом наследством: поделить на три части или всем оставаться под одной крышей, как это было до его смерти.

Мансур и Насир пожелали получить свою долю наследства: деньги и товары, а мне, как и завещал отец, достались дом и лавка. Братья уехали в дальнюю страну, где и занялись торговлей, но зимой следующего года неожиданно вернулись, обнищавшие и чуть ли не умиравшие с голоду. Я тотчас же дал им шубы, чтобы согреться, и накормил. Братья рассказали, что торговля шла успешно: пока не добрались до Куфы и Багдада, они в двадцать, а то и в тридцать раз покрывали свои расходы. Возвращаться в Басру им пришлось по морю, и корабль попал в ужасную бурю. Они были на волосок от смерти и лишь чудом уцелели. Все товары пропали, и братьям пришлось влачить нищенское существование, пока не вернулись в отчий дом.

Выслушав все их жалобы на злую судьбу, я сказал: «На вашу долю выпало много испытаний, но теперь вы снова дома. Я успешно торговал и скопил состояние, равное тому, что оставил нам отец, так что можете попытаться ещё раз».

Мансур и Насир с радостью приняли моё предложение и вскоре снова стали купцами, но на этот раз я уговорил их открыть лавки в Басре. Торговля налаживалась, но через некоторое время, несмотря на горький опыт, они опять поддались соблазну разбогатеть в чужеземных странах и даже сумели меня убедить в том, что план их очень продуманный. Я снабдил их всем, что нужно для путешествия, и после тщательных приготовлений мы отправились в путь.

В Басре мы наняли корабль и, загрузив его товарами, стали плавать из города в город.

Торговля шла успешно, с хорошей прибылью, но впереди нас ждал неприятный сюрприз: однажды мы заметили, что корабль дал течь.

Пристав к берегу, матросы начали осматривать корабль, а я сошёл на берег и поднялся на гору, где увидел, как чёрный дракон преследовал беззащитную белую змею. И вот когда он схватил её когтями, я подобрал большой камень и метнул в дракона с такой силой, что он тотчас испустил дух.

В то же мгновение змея превратилась в девушку неземной красоты. Подойдя ко мне, она сказала: «Благодарю тебя, Абдулла: ты спас мне жизнь. Я волшебница, и зовут меня Саида. Знай: когда бы ты ни попал в трудное положение, можешь рассчитывать на мою помощь…»

После этих слов земля разверзлась перед девушкой, и она вошла в неё, как только духи могут входить в подземный мир.

За это время матросы устранили повреждения, и мы опять вышли в море, но вскоре пристали к берегу, чтобы пополнить запасы воды и продовольствия. Недалеко от места, где стоял наш корабль, я увидел город с высокими стенами, крепостными валами и железными воротами. Здесь мы могли приобрести всё, что было нужно, но когда я попросил, чтобы кто-нибудь отправился со мной в город, все, включая моих братьев, отказались, ссылаясь на то, что это опасно: в этих краях живут одни неверные, и если они захватят нас в плен, то непременно убьют. Что было делать? Положившись на судьбу, которая, как известно, находится в руках Аллаха, я направился к воротам города один.

Я, казалось, был готов ко всему, но действительность превзошла мои ожидания. Первое, что меня поразило, странная тишина. Людей было много, но никто никуда не шёл, не говорил, даже не двигался. Присмотревшись внимательно к застывшим в разных позах горожанам, я понял, что все они — стражники у ворот, купцы, ремесленники, солдаты, мужчины и женщины на базарной площади, визирь, царь с царицей — окаменели. Я мог взять изящные украшения из золота, серебра и драгоценных камней, но едва дотрагивался до чего-нибудь, как всё обращалось в прах, словно истлевшее от времени. Я бродил по царским палатам, на каждом шагу находя окаменелость и тление, когда в одном из залов до моего слуха донёсся нежный голос. Единственный человеческий голос во всём городе: девушка читала Коран.

Я бросился в зал в стремлении увидеть обладательницу этого дивного голоса, звучавшего словно музыка, и увидел девушку, изящную как бутон розы, красотой затмевавшую солнце на небе. Она поднялась с подушки, на которой сидела, и пригласила меня подойти, словно моё лицо ей было знакомо.

— Мир тебе, Абдулла, радость моих очей!

Я едва сдерживал волнение, причиной которого была её неземная красота, и не мог не спросить, откуда она меня знает и почему одна уцелела в окаменевшем городе.

Её ответ объяснил всё, что я увидел.

Отец девушки правил огромной империей и обладал могуществом и богатством, с которым не мог сравниться никакой другой правитель. Однако вместо того, чтобы благодарить Всемогущего за своё счастье, он поклонялся идолам, которых люди сотворили из драгоценных камней. И все жители империи: торговцы, солдаты и простой люд — обожествляли эти изваяния.

Впрочем, настал день, когда всё изменилось. Во дворец пришёл одетый в зелёное странник, лицо которого озарялось светом веры. Именно он принялся упрекать царя в идолопоклонстве, процветавшем в его землях, и призывая принять мусульманство, но тот не послушался и, хуже того, чтобы проучить гостя, велел собрать идолов со всей страны во дворец и выставить на всеобщее обозрение. Затем все присутствующие упали на колени перед домашними божками, предвкушая, что их гнев покарает пришельца.

Только вера странника оказалась сильнее, и ничего не произошло, сколько бы они ни взывали к своим идолам. Странник же воздел руки к небесам и попросил Аллаха превратить неверных в камни. Вот как случилось, что весь город окаменел. Лишь царская дочь избежала этой ужасной участи, поскольку ей было предопределено стать истинной последовательницей Аллаха.

Я вернулся на корабль, захватив с собой немало ценного из дворца, однако самым дорогим сокровищем была моя жена Раджия. Случилось так, что и братья мои не могли отвести от неё глаз и наперебой умоляли уступить её им. Услышав резкий отказ, они затаили злобу, и мне пришлось не спускать с Раджии глаз, чтобы не случилось беды, до тех пор, пока на горизонте не показалась башня Басры. Тем не менее все ценности я поделил между нами поровну и надеялся, что уж теперь-то братья перестанут гневаться. И действительно, всё шло хорошо до тех пор, пока Раджия однажды не задремала рядом со мной. Мансур и Насир будто только этого и ждали, схватили меня и бросили в открытое море.

Я думал, что настал мой конец, но мне пришла на помощь та, о ком я почти забыл — волшебница Саида. Она всё это время не выпускала меня из вида, стремясь отблагодарить за то, что спас её от дракона. Превратившись в большую птицу, Саида вытащила меня из воды и, живого и невредимого, отнесла обратно на корабль, однако было уже поздно: увидев, что случилось, Раджия бросилась в море вслед за мной. Братья же, увидев меня, застыли от ужаса и удивления на палубе, однако быстро пришли в себя и бросились ко мне с объятиями, словно ничего не случилось. Тут вмешалась Саида: волшебница хотела было наказать их смертью на месте за то зло, что они совершили, но я уговорил её оставить братьев в живых и она превратила их в нечистых животных и предупредила, что каждый день я должен избивать их до полусмерти, не то они накинутся на меня. Так и случилось в первую ночь, когда я не исполнил её приказ: даже сейчас, спустя двадцать лет, я чувствую на себе удары их плёток. Теперь ты знаешь всё, мой повелитель, — закончил Абдулла свой рассказ. Едва он замолчал, собаки опустили головы, будто подтверждая правдивость его слов.

— Действительно, необыкновенная история, — произнёс Гарун Эль-Рашид и добавил: — А ты простил своих братьев?

— Как оказалось, нет, мой господин. Единственное, чего я сейчас желаю, чтобы они не гневались на меня за побои. Всё остальное в воле Аллаха.

— Я прикажу Саиде снять это проклятие, — решил калиф и тут же написал письмо. Запечатав, он вручил послание Абдулле со словами: — Освободи братьев от цепей и не бей их больше. А когда здесь появится Саида, передай ей это письмо.

Абдулла попрощался с Гаруном Эль-Рашидом, поблагодарив за помощь, а затем снял цепи с собак и приказал для них накрыть стол с невиданным выбором блюд, не забыв и о себе. Слуги и стража решили, что хозяин повредился умом, если собирается делить стол с нечистыми животными, но Абдулла, не обращая на них внимания, ещё и постелил братьям возле своего ложа. Внезапно будто из-под земли выросла Саида.

— Зачем ты освободил собак? Почему выказываешь им уважение, вместо того чтобы бить? Хочешь, чтобы я и тебя превратила в пса? — закричала волшебница на Абдуллу, гневно сверкая глазами.

Эмир молча протянул ей письмо Гаруна Эль-Рашида, и Саида прочла его.

— Мне нужно посоветоваться с отцом, владыкой всех джиннов, — уже спокойно произнесла она. — Я не могу ничего предпринять в этой ситуации без него. Подожди, пока я не посоветуюсь с ним. Результат я тебе сообщу.

Саида исчезла, но вскоре явилась вновь и сказала:

— Пусть будет так, как хочет калиф: правителя правоверных среди нас мы очень уважаем, но тем не менее предупреждаю тебя — твои братья предатели, и таковыми останутся.

Затем волшебница налила воды в небольшой сосуд, произнесла заклинание, изгнав из собак бесов, и побрызгала псов водой. В тот же момент перед ними уже стояли Мансур и Насир, красивые и молодые, как прежде. Радости, смеху и слезам счастья не было предела. Саида исчезла. Братья пировали до рассвета, а затем отправились к калифу.

Гарун Эль-Рашид милостиво принял обидчиков эмира, осыпал дарами, но тем не менее упрекнул за содеянное.

И вот спустя двадцать лет Мансур и Насир стали жить в человечьем обличье. Добросердечный Абдулла, забыв все обиды, назначил их своими помощниками. У братьев были роскошные дома, им прислуживали красивые женщины. Но, как и предсказывала Саида, Мансур и Насир не вынесли из происшедшего никакого урока, хотя и выказывали в отношении Абдуллы дружбу и любовь. Грызла их зависть к младшему брату, потому что был он эмиром и люди относились к нему с почтением, в то время как с ними предпочитали общаться только по необходимости. Стали братья думать, как избавиться от Абдуллы, чтобы заполучить у калифа титулы эмиров Басры и Куфы, а богатство поделить между собой.

Ненависть к младшему брату росла с каждым днём, и в конце концов злодеи решили его убить. Братья раболепно пригласили в дом Мансура, который стоял над рекой, задумав напоить отравленным вином. Ничего не подозревавший Абдулла обрадовался возможности побыть с братьями, послушать их рассказы. За богато накрытым столом он не колеблясь поднимал свой бокал, неоднократно наполнявшийся до краёв. Лишь на рассвете сон сморил Абдуллу, однако Мансур и Насир продолжали бодрствовать. Едва услышав его ровное дыхание, братья связали его, вытащили безжизненное тело из дому и сбросили в реку.

Решив, что дело сделано, злодеи на следующее утро первым делом отправились на приём к калифу Гаруну и с рыданиями пали перед ним ниц. Всхлипывая и заикаясь, они поведали, что деяния Абдуллы прогневали волшебницу Саиду и в наказание она унесла его из этого мира.

Однако не учли они, что в мудрости и проницательности правителю не было равных. Гарун немедленно призвал к себе Саиду, чтобы развеять возникшие у него сомнения, и та поведала ему истину.

— Повелитель правоверных, не предупреждала ли я тебя, что мошенники они и предатели? Опоив вином, они связали брата и бросили в реку, чтобы положить конец его жизни и делам. Только не ведают они, что замысел не удался. А всё потому, что перед рассветом я превратилась в большую рыбу и вытащила Абдуллу на другой берег реки, где сейчас он лежит и приходит в себя.

Рассказ волшебницы привёл калифа в такую ярость, что дабы немедленно восстановить справедливость, он приказал прибить Мансура и Насира живьём к деревянным колодам перед домом Абдуллы.

А их младший брат тем временем, очнувшись, увидел, что лежит на песчаном берегу, простиравшемся за горизонт, под палящим солнцем.

К счастью, вскоре Абдулла заметил приближающийся караван, который и принёс ему спасение. Караванщики взяли его с собой, дали одежду, а их начальник, искушённый в исцелении недугов, стал лечить его.

Шли месяцы, караван дошёл до персидской земли, однако Абдулла всё ещё не чувствовал себя совсем здоровым. И вот однажды, когда стали караванщики лагерем на ночлег, местные жители поведали ему об одной набожной женщине-отшельнице, которая умела лечить все болезни. Со всех уголков земли люди шли к ней за исцелением.

Отправился к ней и Абдулла. И вот когда рассказал он отшельнице о своём недуге, вдруг услышал такой знакомый, такой родной голос:

— Добро пожаловать, возлюбленный мой Абдулла!

Это была Раджия, услада его глаз и любовь его сердца, которая когда-то, много лет назад, прыгнула от горя в морскую пучину!

Они многое рассказали друг другу. Абдулла узнал, как странник Эль-Чидр спас его жену в море, как научил искусству врачевания всех недугов и как предсказал их нынешнюю встречу.

Что ещё сказать?

Абдулла полностью излечился, и с помощью странника они смогли вернуться в Басру, где узнали, как справедливое возмездие настигло его братьев. Калиф исполнил желание Абдуллы составить брачный договор, чтобы ничто на свете уже не могло разлучить их с Раджией.